Уже к 15 годам Маша была очень сексуальной девушкой. И, не смотря на то, что она – моя дочь, я понимала, что противостоять ее раннему развитию я просто не в состоянии. К 17 годам моя девочка сделала для себя вывод, что ей необходимо выйти замуж. Другая бы мать стала возражать, но я понимала, что со жгучим темпераментом не совладать, его нужно загонять в определенные рамки. В общем, я согласилась.
Егор был хорошим мальчиком, но, не смотря на то, что он почти на пять лет старше моей дочери, оба они - совсем еще дети. Вскоре Маше надоело решать проблемы своего инфантильного мужа, и она стала подумывать о разводе. Егор упорно не хотел взрослеть, и его вполне устраивал иждивенческий образ жизни. Его-то устраивал, а вот Машу – нет. Притом, что Мария была на пять лет моложе, именно она зарабатывала основную часть денег, которые тратились на их с Егором семейную жизнь. Она работала в салоне красоты мастером по наращиванию ногтей. Егор не работал нигде, и не пытался куда-либо устроиться, - ему все нравилось. И то, что жена по 12 часов в день работает, и то, что нехватку денег с успехом компенсируют родители обеих сторон. Девочка прекрасно понимала, что уходить «в никуда» не имеет смысла. Она озаботилась поиском альтернативы. Найти Егорке замену не составило большого труда. Вскоре на горизонте замаячила новая любовь.
Сергей – черноволосый офицер, был «элегантен как рояль». Однако практичная Маша не слишком-то купилась на его броскую внешность.
- Мамуль, как ты думаешь, от Сергея красивые дети родятся? – Машка потерлась щекой о мое плечо.
- Да, дорогая, генотип у него просто роскошный, - я без задних мыслей ответила на ее вопрос. Разговоров о детях у нас ни разу не заходило. Я считала, что Машеньке еще рано об этом думать, а дочь просто никогда не заводила подобные разговоры.
Машуня хитро на меня посмотрела.
- Как ты думаешь, мамуль, если у меня родится ребенок, мы вытянем его? Сможем дать ему достойную жизнь и развитие? – дочка опять потерлась о мое плечо.
- Доченька, ты меня пугаешь, ты что, ждешь от него ребенка?
- Еще нет, но думаю об этом.
- Зачем тебе это нужно?
- Мамуль! Мне нужно быть постоянно занятой, так, чтобы ни на какие глупости не оставалось сил. Понимаешь, я начинаю чувствовать зависимость от мужчин, и мне это не нравится. А когда я безумно устаю, то мне уже становится ни до чего, - одна мечта: упасть и заснуть. Ребенок заставит меня тратить все свои силы на него, и у меня не будет «рвать крышу» на мужиков, - Маша говорила убедительно и глаза ее горели радостным огнем.
- Я не уверена, дорогая, что это хороший выход, - я понимала, что в словах дочери есть доля истины, но мне казалось нереальным рождение ребенка у моей маленькой девочки, - ты еще слишком молода.
- Мам, не заставляй меня нервничать! Ты знаешь, какие тараканы живут в моей голове. Если пустить все на самотек, то я боюсь, что через пару лет я смогу только лечиться, а не рожать детей.
Я поняла, что девочку не переубедить.
- Я буду помогать тебе всем, чем только смогу, ты же знаешь.
- Да, мамуль, я знаю. Спасибо тебе. Ты – мой самый надежный друг.
В июле Машутка забеременела. Радости ее не было предела. Однако, по каким-то причинам на втором месяце беременности у нее случился выкидыш.
Осматривавшая ее врач сказала, что причина выкидыша – это нежелание ее организма принять плод.
- Может, это наказание за то, что я хочу родить ребенка только для себя? Я ведь даже не поставила в известность Сергея, - Маша не могла сдержать слез, - он и не знал, что я беременна, а я никогда не говорила ему о своем желании иметь детей. Он тоже имеет право выбора. Первая попытка увенчалась провалом…
Слышавшая все эти слова врач запретила Машке беременеть как минимум год.
- Мамуль, я не уверена, что продержусь с ним год. Я не хочу вообще с ним жить!
- Дорогая, у тебя есть альтернатива?
- Нет. Пока нет. Но я что-нибудь придумаю.
Машенька выдержала-таки год совместной жизни с Сергеем, ни разу ему не изменив. Она много работала, он пропадал на службе и, казалось, искренне любил Марию.
На день ее рождения Сережа преподнес моей дочери скромное колечко и попросил стать его женой. Маша обещала подумать.
Следующая неделя после дня рождения Маши принесла ей радостную весть, - она снова забеременела. Выждав три месяца, чтобы плод наверняка «закрепился», Машуня вышла замуж за Сергея. Он был на седьмом небе от счастья и мечтал о ребенке не меньше, чем его жена.
Беременность протекала просто ужасно. Маше всегда было плохо, сильнейший токсикоз доводил ее до истощения. За время беременности худенькая Маша еще больше похудела. Но глаза ее светились таким счастьем, что невозможно было не восхищаться стойкостью моей девятнадцатилетней дочери. Весь последний месяц беременности моя девочка пролежала под капельницами в роддоме. Сергей присутствовал при родах и не смог сдержать слезы радости, первым взяв на руки свою крошечную дочь.
Однако, когда начались проблемы (Маша с маленькой Леночкой первые два месяца не вылезали из больниц), Сергей начал показывать свое истинное лицо. Как выяснилось, ему нужна была не Маша и не Лена, а наш дом, в котором мы все вместе неплохо жили до сих пор. Он был прописан в своей военчасти и тешил себя мыслью, что как только родится ребенок, я ринусь продавать свой дом и покупать им квартиру.
- Даже не вздумай, мамуль, выкинь эти мысли из головы. – Машка была настроена категорично, - пусть крутится и показывает, что он за мужик. А то детей делать – все мастера, а ответственность нести – нет. Если не сможет нас обеспечивать, выгоню его к чертовой матери. Свою миссию он выполнил.
Так и произошло, и вскоре моя дочь опять осталась одна, только с малышкой на руках.
- Мамуль, мне наверное нужен мужчина постарше, чтоб не инфантильный, состоявшийся, сильный. Только где ж такого найти?
- Ты знаешь, Машунь, у нас на работе Галка Симонова, помнишь ее? – недавно в Штаты уехала. Замуж вышла через сайт знакомств.
- Решено, иду на сайт. Точнее, на несколько сразу, чтоб наверняка.
Прошло три месяца. Леночка росла, Машенька пыталась работать на дому. От Сергея не было ни слуху ни духу. Однажды, сидя в аське, я переписывалась с одним из своих заказчиков. Вдруг на соседнем столе (там стоял Машки нетбук) закурлыкал скайп.
«Привет! Я Джон. Я видел твои фотографии и читал твою анкету на сайте знакомств. У тебя правда есть маленькая дочь?», - говорилось в сообщении. Машка пожала плечами, показав, чтобы я ответила за нее (она как раз выкладывала акрил на ноготь своей клиентки).
«Привет! Я тебя не помню. Да, у меня есть маленькая дочь, а что?» - написала я в ответ с Машиного скайпа.
- Вышли мне ее фото.
- Я тебя совсем не знаю. Нет. Пока нет.
- Лови мою фотографию, - я приняла файл. С изображения на меня смотрел приятный черноволосый мужчина лет сорока.
- Сколько тебе лет?
- 40, а что?
- Моей маме столько же. А мне только двадцать будет. Тебя это не смущает?
- Немного, а тебя?
- Пока не знаю.
- Я совсем не знаю русского, я живу в Латинской Америке, мне сложно общаться через автопереводчик. А ты говоришь по-английски или по-испански?
- Нет.
- Что же делать? Я так хочу позвонить тебе, услышать твой голос, увидеть твое лицо. Но мы же не сможем пообщаться?
- Не сейчас.
- А когда?
- Я сама тебе позвоню.
- Точно?
- Абсолютно.
Когда Маша закончила работу, она тут же открыла файл с фотографией ее нового знакомого.
-А он ничего, хотя, староват, конечно. Ну, мамуль, попробовать, что ли? Вдруг получится?
- Ох, дорогая, он слишком взрослый. Смотри сама, я не могу за тебя решать. Внешне он неплох, а там, кто его знает, что за человек.
Маша решительно щелкнула по кнопке «звонить» и включила веб-камеру.
Они общались 24 часа в сутки, они спали возле своих веб-камер, не выключая компьютеры. Так продолжалось три месяца. За это время Маша выучила английский и свободно на нем разговаривала. А в сентябре он приехал. Сперва думал, что не надолго, так, на пару недель, - познакомится, подумать, посмотреть. Виза была открыта на три месяца…
Через два с половиной месяца, когда до окончания срока действия визы оставалось всего несколько дней, Джон запаниковал.
- Я не хочу от вас никуда уезжать, надо что-то предпринять.
Общими усилиями мы продлили ему визу на три месяца, а потом еще на три… За это время моя дочь превратилась в настоящую королеву красоты. Она с обожанием смотрела на Джона и называла его «счастье мое». Красавица Леночка, как детеныш обезьяны, безвылазно сидела у Джона на руках. Первое слово, которое осознанно сказала моя внучка, было «папа», и относилось оно к Джону. Похоже, что моей Маше действительно повезло. Через месяц у них свадьба, после которой мы все вместе летим на Майами, отдыхать от наших холодов. У Джона там дом.
И снова о женской дружбе. А есть ли она, на самом деле? В чем сходство и в чем различие между мужской и женской дружбой?
Если дружба перестает быть дружбой – это хорошо или плохо? О поломанной дружбе рассуждает героиня нашего рассказа.